Взгляд изнутри.

Поездки по области для нас необходимость: невозможно увидеть проблемы организации ППМС-сопровождения образования детей с ОВЗ издали, в одном только дистанционном общении с филиалами, инклюзивными и базовыми школами — с теми организациями, которые и есть основа сети, её узловые точки.

Каждый такой узел нарабатывает свою практику ППМС-сопровождения, по-своему видит и реализует специальные образовательные условия, на своих ресурсах пытается разрешить противоречия неустоявшегося правового поля в образовании. И тот опыт, который приобретают первопроходцы инклюзивного образования и ППМС-сопровождения, бесценен.  Наша задача – не дать ему потеряться в лавине образовательных инноваций. Для этого организуются стажировочные площадки, активно используется виртуальное пространство, проводится мониторинг достижений образовательных организаций, проблемные семинары и круглые столы.

Но подобная поездка организована впервые. Команда сотрудников двух отделов ГБУ НСО «ОЦДК» проезжает по всем 10 филиалам, в каждом из них проводя встречи с представителями инклюзивных и базовых школ трёх ближайших районов, посещая отдельные школы.

Цель проста – увидеть проблемы изнутри, из позиций директоров школ, их заместителей, специалистов сопровождения. А потом подключиться к их решению.

9 апреля 2014 года. Каргат. 7 инклюзивных и 8 базовых школ из Каргатского, Чулымского, Доволенского и Коченёвского районов

10 апреля 2014 года. Барабинск. 7 инклюзивных и 22 базовых школы из Барабинского, Убинского и Чановского районов

11 апреля 2014 года. Куйбышев. 5 инклюзивных и 11 базовых школ из Куйбышевского, Северного и Кыштовского районов

          12-13 апреля 2014 года. Татарск. 14 инклюзивных школ и 19 базовых школ из Татарского, Усть-Таркского и Венгеровского районов

         14 апреля 2014 года. Купино. 3 инклюзивных и 20 базовых школ из Купинского, Здвинского и Чистоозёрного районов.

        15-16 апреля 2014 года. Карасук. 13 инклюзивных и 28 базовых школ из Карасукского, Баганского и Краснозёрского районов.

        17-18 апреля. Ордынское. 7 инклюзивных и 11 базовых школ из Кочковского и Ордынского районов.

Купинские новости о нас.

       13 мая. Тогучин. 4 инклюзивных и 9 базовых  школ из Тогучинского района и р.п. Кольцово.

      14 мая. Мошково. 9 инклюзивных и 17 базовых школ из Мошковского, Болотнинского районов и города Обь.

     16 мая. Сузун. 6 инклюзивных и 18 базовых школ из Сузунского, Маслянинского и Черепановского районов.

Итоги нашей поездки

Основное, что мы увидели – школы понимают и принимают свою ответственность за ППМС-сопровождение детей с ОВЗ. Уже почти нет требований дать готовое, уже возникают межшкольные творческие группы для разработки тех или иных блоков адаптированных программ, рабочей документации, необходимых локальных актов. При этом многие школы вполне адекватно оценивают свой ресурс и формируют запрос на дополнительный.

И пусть ещё немало таких образовательных организаций, которые способны действовать лишь по инструкции, всё больше становится тех, кто понимает, что научить детей самостоятельно мыслить, искать и творить может только тот, кто сам это умеет, тот, для кого наличие проблем вызывает не страх, а стремление их преодолеть, тот, кто не остановился в собственном развитии и готов отстаивать свои позиции, видеть перспективы.

Прожектёров среди школ нет – все чётко видят реалии жизни и противоречия в правовом поле образования. Поэтому в первую очередь всех волнует вопрос нормативной поддержки регионального уровня. Практически все основные вопросы, предложения и поручения можно свести к требованию подготовки пакета нормативно-правовых и методических документов, обеспечивающих реализацию инклюзивного образования и ППМС-сопровождения детей с ОВЗ в образовательных организациях Новосибирской области.

Вот мы и пробовали вместе разобраться с тем, что волнует школы и каковы их возможности в решении выдвинутых ими проблем:

 

1.         Все хотят рекомендаций по разработке адаптированных программ. В вариантах инклюзии и интеграции.

Здесь две проблемы, усложняющие жизнь школы.

Первая – на основной ступени образования всё ещё действуют два государственных стандарта. Дети 5-6-х классов обучаются по ФГОС, ориентированным на компетентностный подход, 8-9 классы – по прежним стандартам. Волей-неволей различные требования к содержанию и результатам образования, к организации образовательного процесса в одной образовательной организации связываются вместе и создают клубок противоречий. Ориентир на типовые программы, на базисные учебные планы (БУП), на жёсткое следование образцу и одновременно необходимость самостоятельно определять содержание образования, выстраивать целевые ориентиры, формировать систему оценки образовательных достижений невозможно совместить на глубинном, смысловом уровне. Неудивительно, что стереотипы, выработанные на обязательном следовании инструкциям, переносятся у педагога на работу в условиях новых ФГОС. Педагог просто пугается того уровня самостоятельности, которого требует от него современная образовательная политика, и ст. 12 (пп. 5, 7, ст.13, пп. 1-3, 10) Закона «Об образовании в Российской Федерации» остаётся для него пустым звуком.

Отсюда в реалиях — следование БУП при разработке адаптированных программ, сохранение привычных форм организации урока, несогласованность работы педагогов и специалистов сопровождения (педагогов-психологов, учителей-логопедов, социальных педагогов, учителей-дефектологов). Не все специалисты, даже там где они есть, ориентированы на построение образовательного процесса, исходя из необходимости создания специальных образовательных условий.

И усиливается всё это проблемой отсутствия специальных ФГОС, в том числе и для детей с интеллектуальной недостаточностью, каковых среди детей с ОВЗ, обучающихся в наших общеобразовательных школах, подавляющее большинство. Педагоги в инклюзивных школах вынуждены ориентироваться на прежний БУП и вести работу не в инклюзивном, а в интегративном варианте – когда дети в одном и том же классе занимаются по разным образовательным программам. Это безопаснее, но это и сложнее, и слабо соответствует основным принципам инклюзии. И если вполне возможна адаптация программы по целевым ориентирам, то на уровне учебного плана всё рушится. Вот и работает учитель в «инклюзивном» классе как в малокомплектной школе, одновременно реализуя две-три различных программы для детей, усаженных в одном классном помещении. Организовать урок на включении детей в единый образовательный процесс здесь в принципе невозможно  (рассогласованность предметов, часов, тем). Потому к такой «инклюзии» у педагогов и «душа не лежит» — результаты мониторинга это подтверждают.

Для обоих вариантов (инклюзия и интеграция) крайне острой остаётся проблема вывода детей с ОВЗ на итоговую аттестацию. Школа должна, конечно, разработать свою систему оценки образовательных достижений обучающихся, в том числе и детей с ОВЗ. Но как сопоставить потом результаты промежуточной аттестации с требованиями ФГОС, которых ребёнок может никогда не достичь, в отсутствие СФГОС для детей с ОВЗ? Да и с формами проведения итоговой аттестации много вопросов, хотя здесь мы эти вопросы можем переадресовать ПМПК. Последнее письмо министерства образования и науки РФ «Об итоговой аттестации обучающихся с ограниченными возможностями здоровья» от 9.04.2014 №07-778 разъясняет некоторые позиции по формам итоговой аттестации детей с ОВЗ и рекомендует ПМПК самостоятельно принимать решения о выдаче заключений по особым условиям проведения аттестации.

К сожалению, переходный период всегда создаёт некий правовой вакуум, когда за любые действия и бездействие можно получить штрафные санкции – и немалые.

Выйти из ситуации школа может, только если обеспечила себя всеми возможными локальными актами. И на самом деле ей нужны не столько рекомендации по разработке адаптированных программ, сколько рекомендации по формированию пакета нормативно-правовых документов, обеспечивающих деятельность инклюзивной школы и защищающих её в условиях недостаточно сформированного правового поля образования.

  

2.         Пополнение материально-технической базы.

На первый взгляд у школы неплохие возможности пополнить свой материальный ресурс – есть «Комплекс мер по модернизации системы общего образования Новосибирской области в 2013 году и на период до 2020 года», есть долгосрочная целевая программа Новосибирской области «Доступная среда для инвалидов в Новосибирской области на 2012-2015 годы». Однако наши инклюзивные школы выпадают и там, и там: ориентир в обеих программах на детей-инвалидов, при том, что подавляющее большинство детей с ОВЗ – дети с задержкой психического развития и умственной отсталостью, не входящие в категорию детей- инвалидов.

Каждый год в рамках программы «Доступная среда» в систему образования Новосибирской области поступает 6 млн (на 6 школ по 1 млн) – перечень оборудования при этом строго определён. Так, может быть, можно пересмотреть этот перечень, включив в число адресатов Программы школы, обучающие детей с нарушением интеллекта? Для такого пересмотра требуется не только активное взаимодействие двух региональных министерств, но и согласование с федеральными органами, поскольку средства на реализацию Программы выделяются из федерального бюджета.

 

3.         Финансовое обеспечение образования детей с ОВЗ

Достаточно проблемно обстоит дело с финансированием образовательных организаций, обучающих детей с ОВЗ и обеспечивающих ППМС-сопровождение. Постановление Правительства Новосибирской области от 30.12.2013 г. №572-п определяет нормативы финансового обеспечения образования и поправочные коэффициенты, учитывающие особенности деятельности образовательных организаций. Казалось бы – рассчитывай и получай субвенции. Нормативы есть, порядок есть, субвенции направляются в муниципальные районы и городские округа – но, по мнению директоров школ, не всегда образовательная организация получает свою долю в полном объёме. Порядок распределения финансирования между школами, применяемый на уровне муниципалитета («доведение нормативного принципа до школы») сильно различается по муниципалитетам и не зависит от выбранного регионом порядка расчета субвенции.

Объем средств, рассчитанный на уровне региона с учётом поправочных коэффициентов, доводится до школ либо в той же пропорции, в зависимости от числа учащихся, либо в зависимости от фактических расходов предыдущего периода.

Инклюзивные школы – участники регионального проекта уже научились считать самостоятельно и взаимодействовать с районными экономистами, но многие иные образовательные организации, обучающие детей с ОВЗ, не знают о наличии поправочных коэффициентах, о методиках расчёта на муниципальном уровне, а иногда и не могут и подсчитать своих детей с ОВЗ.

Нужны методические рекомендации для школ – пошаговая инструкция, как действовать в плане финансового обеспечения, если в школе обучаются дети с ОВЗ, если их количество меняется среди учебного года.

Есть над чем работать и с самими нормативами. Закон «Об образовании в Российской Федерации» (ст.99 п.2) требует наличия нормативов по каждому виду и направленности образовательных программ с учётом форм обучения, типа образовательной организации, сетевой формы реализации образовательных программ, образовательных технологий, специальных условий получения образования обучающимися с ОВЗ и т.д. В нормативах Новосибирской области есть коэффициенты, учитывающие наличие особого потенциала образовательной организации – кадры библиотекарей, технических работников и т.д. А коэффициента, учитывающего потенциал службы ППМС-сопровождения – педагогов-психологов, учителей-дефектологов, учителей-логопедов, социальных педагогов, нет – эти специалисты становятся финансово невыгодными для школы. А ведь это тот самый потенциал, без которого обучение детей с ОВЗ и создание для них специальных образовательных условий практически невозможно.

Такой коэффициент становится крайне актуальным, когда начинаем говорить о базовых школах и их работы в условиях школьного округа. Пусть пока не обо всех, а только о тех, кто подтвердил свои обязательства в качестве базовой – пока их всего 15, и они вполне могут войти в перечень образовательных организаций, получающих повышенный коэффициент.

 

4.                      Обучение детей с ОВЗ после окончания школы и их трудоустройство

Это вопрос, который невозможно решить внутри системы образования, и вопрос, волнующий практически всех учителей.

В 2011 году была принята и в дальнейшем пролонгирована долгосрочная целевая программа «Комплексная региональная программа развития профессионального образования на 2011 – 2015 годы». Не секрет, что профессиональных училищ, где могли продолжать обучение дети с задержкой психического развития и умственной отсталостью, недостаточно. Количество профессиональных образовательных организаций, предоставляющих образовательные услуги детям с интеллектуальной недостаточностью, сокращается. Сокращается и количество рабочих мест в сельской местности.

Куда идти после окончания школы? Хорошей школы, инклюзивной школы, с компетентными педагогами и выстроенным ППМС-сопровождением?

На этот вопрос ответа пока нет.

Так что всё-таки делать?

Первое. И главное – поскольку это в наших силах. Развивать практику сетевого взаимодействия через деятельность стажировочных площадок.

Когда методические, практические, нормативные наработки каждой школы становятся достоянием всех.

Когда мы можем увидеть, собрать, обобщить опыт разных образовательных организаций, оценить его, оценить себя в его свете, понять и принять.

Когда мы на каждый свой запрос можем отыскать предложение, а каждое наше предложение становится востребованным.

Когда наши творческие и рабочие группы создаются не решением сверху, а вырастают из потребности творить и работать, из смыслов нашей деятельности.

Когда каждый потенциальный узел сети ППМС-сопровождения (инклюзивная, базовая, пилотная – да и любая школа!) становится реально действующим узлом, информативным для всех остальных.

Это возможно, и начало этому процессу было положено в 2013 году.

Второе. И очень важное – поддержать школы в их стремлении развиваться.

Через методические рекомендации по организации инклюзивного образования и формированию пакета локальных актов.

Через информационные (разъяснительные) и инструктивные письма по проблемным вопросам формирования содержания образования, итоговой аттестации, финансового обеспечения и т.д.

Через курсы повышения квалификации и практикоориентированные семинары, программы которых сейчас дорабатываются и перерабатываются в соответствии с запросами школ.

Через постоянное обновление виртуального диска с общим доступом для всех узлов сети ППМС-сопровождения.

Это уже делается, и это будет развиваться.

Кулевцова Т.И.,

заместитель директора по работе с филиалами